Статьи
Неолуддиты, или «Назад к природе»!
История возникновения и развития Неолуддизма
Автор: Ольга Бурина
Опубликовано: 09.06.2018
«Недавние исследования ученых по всему миру установили, что существует разница между интеллектом тех, кто живет в спокойном, тихом месте, и тех, кто постоянно находится среди шума и грохота. Каждое исследование пришло к заключению, что шум вреден»

Майкл Финкель «Я ем тишину ложками»
В начале мая 2018 года Университет Санкт-Галлена (Санкт-Галлен, Швейцария) проводит симпозиум на тему «Robots are coming for your job. How do you augment yourself to stay economically relevant?» [1]. Роботы вытесняют человека из сферы обслуживания и продолжают занимать рабочие места в других областях. Получая техническую профессию сегодня, вы можете уже в ближайшие пятнадцать лет проиграть роботу и в зрелом возрасте остаться без привычной работы, заработка, пенсии. Эти риски выглядят настолько реальными, что некоторые страны уже всерьёз задумываются о введении «безусловного дохода» [2]. Представьте, как это здорово: всю жизнь вам приходит фиксированная сумма на карту, и вы тратите ее на путешествия, хобби, посещаете разные занятия, осваиваете музыкальные инструменты, нанимаете репетиторов, учите языки (при таком раскладе будущее гуманитариев выглядит очень радужно), а работает за вас робот. Но что если сценарий «безусловного дохода» будет реализован несколько иначе? Если нефть не во всех странах является национальным достоянием и принадлежит ряду частных компаний, то и роботов может постичь та же участь. Теперь представьте, что ваше место не просто занял робот, но и весь доход с его производительности идет на счет одной компании или одного частного лица. Богатые стремительно богатеют, бедные беднеют. При таком раскладе сразу вспоминаются сценарии фильмов «Время» (2011), «Голодные игры» (2012) и других антиутопий. Подобный сценарий развития общества рассматривает в своей книге «Миф машины» американский историк и философ техники Льюис Мамфорд [3].
Нам кажется, что подобная проблема характерна только для нашего века и нашему поколению свойственно бояться за свое профессиональное будущее, однако, нынешнее состояние технического прогресса и есть будущее, а войне с прогрессом уже 200 лет. Если посмотреть на вопрос с точки зрения исторической перспективы, можно понять, что проблема роботизации общества началась вместе с индустриализацией в Англии в начале XIX века. Уже тогда людей пугало, что машины могут вытеснить человека, уже тогда шли массовые сокращения рабочих мест, люди оставались без работы и это приводило к алкоголизации населения, депрессии, невозможности самореализации, увеличению преступности и кризису семьи. Тогда же появились первые борцы с индустриализацией, известные истории как Луддиты, получившие свое название от легендарного Неда Лудда, который, якобы, уничтожил два чулочных станка. Одновременно появляется движение за возвращение к природе. Постоянная погоня за прогрессом и новыми технологиями — идея, возникшая в эпоху Просвещения и имеющая свои корни в XVI — XVII веках — ни к чему не приводила, потому что человечество не успевало за собственным развитием. Самым известным отшельником XIX века был Генри Дэвид Торо (1817 — 1862 гг.) — американский писать, предшественник зеленого анархизма. Он прожил два года и два месяца на берегу Уолденского пруда (Конкорд, штат Массачусетс, США), в маленькой хижине, питаясь овощами, которые выращивал сам. Это не было настоящим отшельничеством: по выходным он возвращался в город и обедал с мамой, в своей лачуге он постоянно принимал десятки гостей, а затем превратил свое отшельничество в коммерческий продукт, выпустив книгу «Уолден, или Жизнь в лесу» [4]. В этом плане он был ближе к Жан-Жаку Руссо (1712 — 1778 гг.), который тоже любил природу, одиночество, и в период с 1756 по 1761 год «уединился» на даче «Эрмитаж», продолжая при этом постоянно принимать гостей. К слову, название этой статьи отсылает к трактату Жан-Жака Руссо «Назад, к природе!».
Сходные идеи и процессы в культуре происходили в самом конце XX века, когда появилось новое философское течение, названное по аналогии с предшествующим движением — Неолуддизм. Идея была такая же, что и у первых Луддитов — борьба с техническим прогрессом, однако Неолуддизм смешал в себе несколько политических программ и на само движение повлияло сразу несколько культурных явлений второй половины XX века. У Неолуддитов появилась своя программа, свои лидеры и теоретики.

Посмотрим на современных представителей движения Неолуддитов. В большинстве своем это люди, родившиеся в 30−40-х годов XX века, которые обучались или преподавали в университетах в бунтарские 1960-е года: Теодор Качински (1942 г., преподавал в Беркли с 1967 г.), Челлис Глендиннинг (1947 г., выпускница Беркли 1969 г.), Киркпатрик Сэйл (1937 г., выпускник исторического факультета Корнеллского университета Нью-Йорк 1958 г.), Нейл Постман (1931 — 2003 гг., преподаватель Нью-Йоркского университета с 1959 г.), Теодор Роззак (1933 — 2011 гг., выпускник исторического факультета Беркли 1955 г.), Джон Зерзан (1943 г., Университет Южной Калифорнии, ушел, не защитившись). Теоретическая база Неолуддизма сочетала в себе культуру «потерянного поколения», битников, психоделического рока, анархизма, социализма, ситуационизма, коммунизма, зеленого терроризма.
Теодор Качински
Представителем зеленого терроризма был Теодор Качински, больше известный как Унабомбер (University and Airlines Bomber). Он избрал радикальный метод борьбы с индустриальным миром. С 1969 года Тед Качински уединился в хижине, в лесу, полностью отказавшись от всех благ цивилизации. В период с 1978 по 1995 год он разослал на почтовые ящики университетов, авиалиний и простых граждан 16 бомб. Жертвами этой семнадцатилетней компании стали 26 человек: 23 раненных и 3 погибших. Бомбы имели символическое значение: взрывчатка помещалась в деревянный ящик и при взрыве щепки летели в жертву. Дерево убивало человека, природа мстила за себя. Также жертвами Качински становились люди с фамилией Wood, проживающие на Woodstreet и работники лесозаготовочных хозяйств [5]. До 11 сентября 2001 года Качински считался террористом № 1 в США. В качестве итога своей работы Унабомбер опубликовал манифест «Индустриальное общество и его будущее», который фактически стал программой движения Неолуддитов.
Джон Зерзан — сторонник анархизма, в 1960-х годах поддерживал активную дружбу с битниками и представителями психоделического рока. Он получал образование в Стэнфорде, Университете Сан-Франциско, Южно-Калифорнийском университетах. В 1960-е года выступал против войны во Вьетнаме, был знаком с Кеном Кизи и Нилом Кэссиди. В 1966 году в одном из районов Сан-Франциско друзья-битники открыли «Психоделический магазин», вокруг которого вскоре поселились Jefferson Airplane, Grateful Dead, Big Brother and the Holding Company и Дженис Джоплин [6].
Зерзан всячески романтизировал первобытный период. Он был знаком со всеми современными ему исследованиями в области антропологии и археологии и использовал их в написании своей программы. Его манифестом можно считать работу «Первобытный человек будущего» [7]. По мнению Зерзана, до того момента, когда человек осел на одном месте, начал заниматься агрикультурой и одомашниванием, он жил в идеальной среде. Природа давала ему такое разнообразие растительной пищи, которое он сам впоследствии уже не смог вырастить. В эру собирательства женщины и мужчины были равны, потому что занимались одинаковой работой. Отсутствовало имущественное разделение, борьба за земли и за продукты, войны. Существовала культура дара и обмена. Итогом его размышлений становится призыв бросить свои дома, вернуться в лоно природы и питаться тем, что предлагает земля. Только путем отказа от имущества, от оседлости, человек победит индустриальный мир: «Складывается впечатление, что месть, междоусобицы, мятежи, войны и сражения возникают только среди одомашненных народов. Нищета — это социальный статус. В этом качестве нищета — это изобретение цивилизации» [8].
Джон Зерзан
Мы видим, что в основе двух манифестов лежат разные начала. Качински сначала ушел жить в лес и затем занялся терроризмом, то есть пришел к манифесту через практику. Зерзан — анархист-теоретик, на которого повлияли идеи хиппи и битников. После ареста Качински в 1996 году Зерзан активно посещал судебные процессы и выступал в защиту Теодора, однако сам Унабомбер не считал Зерзана своим последователем и презирал его теоретические работы. Тем не менее оба они призывали человека вернуться в лоно природы.
Челлис Глендиннинг в своих работах рассматривает Неолуддитов как общество и кооперацию, возникшую сначала стихийно, а затем, как ответ на современные вызовы общества. Неолуддиты объединились в 90-е годы XX века, то есть именно тогда, когда персональные компьютеры начали появляться в каждом доме. В 70-е Неолуддиты выступали против телевидения, но компьютер как средство разобщения человечества, как оружие индивидуализации вызвал больше опасений в среде нового философского течения [9].

Если в 70-е года фраза «Я — Луддит» выглядела как нелепый лозунг, то в 90-е она произносилась уже всерьез. Глендиннинг отмечает, что сообщество Неолуддитов вышло именно из поколения 60-х годов и изначально преследовало другие цели: «наши массовые протесты против вьетнамской войны каким-то образом трансформировались в необходимость остановить разрушительную поступь техники» [10].
Сейл Кирпатрик отстаивал идею уменьшения численности городов. Апеллируя к истории, он обращает внимание своих читателей на античные и средневековые города, численность которых не превышала нескольких тысяч. Киркпатрика можно отнести к антиглобалистам. Если остальные его коллеги по цеху обращаются ко всему человечеству в целом и выступают против индивидуализации, потому что разобщенное общество сложнее поднять на бунт против индустриального мира (Глендиннинг видит в этом основную идею компьютеризации — расщепить общество), Киркпатрик смотрит на вопрос с противоположной точки зрения: чем разобщеннее общество, тем меньше на него могут влиять власть имущие.
Вместе с Джерри Мандером с критикой телевидения выступал Нейл Постман. В книге «Развлекаемся до смерти», которую можно назвать пророческой, Постман пытается посмотреть на то, что станет с миром, если политика, журналистика, религия в СМИ станут предметом сферы развлечения [11].
Формировалась ли нынешняя тенденция ухода от цивилизации под влиянием Неолуддитов или это просто общее чувство нашего поколения, но историкам будущего предстоит разобраться в огромном пласте дневников личного происхождения второй половины XX — начала XXI века, в которых разные люди описывают свой побег от технического прогресса. Если мы зайдем в любой книжный и посмотри на полку «Западная проза», мы поймем, что она сплошь заполнена дневниками путешественников, которые бросили все, продали квартиры, сдали квартиры, просто вышли на дорогу, подняли большой палец вверх и отправились путешествовать. Крайне популярны на данный момент рассказы женщин путешественниц-одиночек («Дикая», «Тропы», «Самый безумный из маршрутов», «Свободная», «Неудержимая»), однако много таких же рассказов и о мужчинах путешественниках-одиночках («Рома едет», «Джунгли», «В диких условиях», «Я ем тишину ложками»). Иногда рассказы посвящены целым семьям, решившим бежать от технического прогресса («Замок из стекла»).
Кадр из фильма «В диких условиях»
Формировалась ли нынешняя тенденция ухода от цивилизации под влиянием Неолуддитов или это просто общее чувство нашего поколения, но историкам будущего предстоит разобраться в огромном пласте дневников личного происхождения второй половины XX — начала XXI века, в которых разные люди описывают свой побег от технического прогресса. Если мы зайдем в любой книжный и посмотри на полку «Западная проза», мы поймем, что она сплошь заполнена дневниками путешественников, которые бросили все, продали квартиры, сдали квартиры, просто вышли на дорогу, подняли большой палец вверх и отправились путешествовать. Крайне популярны на данный момент рассказы женщин путешественниц-одиночек («Дикая», «Тропы», «Самый безумный из маршрутов», «Свободная», «Неудержимая»), однако много таких же рассказов и о мужчинах путешественниках-одиночках («Рома едет», «Джунгли», «В диких условиях», «Я ем тишину ложками»). Иногда рассказы посвящены целым семьям, решившим бежать от технического прогресса («Замок из стекла»).
Начиная с XIX века человек хочет сбежать от цивилизации, вернуться к примитивному образу жизни, когда жизнь ограничена четкими и простыми целями (найти пропитание, разжечь костер, обустроить жилище, заготовить запасы пресной воды), результат выполнения и удовлетворение от выполнения которых наступает здесь и сейчас: развел костер — поел, не развел костер — не поел. Все просто: смысл твоих действий не проявляется через годы, а виден сразу. Если гуманитарий пишет в течение полугода статьи и еще не знает, примут ли их в журналы или нет, получит он грант или нет, если предприниматель годами готовит открытие нового магазина и еще не знает окупиться он или нет, если современный человек находится в постоянном стрессе и зависимости от будущего, в постоянной конкуренции, постоянном отсутствии самореализации, то человек, который живет в диких условиях видит результат своих усилий в конце дня, когда понимает, что выжил и продолжит жить завтра. Безработица и роботизация лишь ухудшают самочувствие человека в индустриальном обществе, а потому представители Нового времени, начиная с Генри Дэвида Торо, Лоры Инглз-Уайлдер, Мэри Кингсли, до представителей «потерянного поколения», хиппи, битников и современных путешественников бегут назад, к природе.
Примечания:
[1] Симпозиум в Университете Санкт-Галлен // econ.msu.ru URL: https://www.econ.msu.ru/students/pg/News.20 171 218 141 010_4123/ (дата обращения: 24.04.18).

[2] В Финляндии две тысячи человек уже полгода получают безусловный доход. Как это работает? // meduza. io URL: https://meduza.io/feature/2017/09/05/v-finlyandii-dve-tysyachi-chelovek-uzhe-polgoda-poluchayut-bezuslovnyy-dohod-560-evro-v-mesyats-prosto-tak-bez-vsyakih-obyazatelstv (дата обращения: 24.04.18).

[3] Мамфорд Л. Миф машины. Техника и развитие человечества. М.: Логос, 2001. 408 с.

[4] Торо Г. Уолден, или Жизнь в лесу. М.: Изд-во Академии Наук СССР, 1962. 240 с.

[5] Качинский Т. Индустриальное общество и его будущее. СПб.: Револва, 2011. 116 с.

[6] Большие идеи: Джон Зерзан предлагает забыть о цивилизации и стать охотниками. // furfur. me URL: http://www.furfur.me/furfur/heros/philosophy/215 925-zerzan (дата обращения: 24.04.18).

[7] Зерзан Дж. Первобытный человек будущего. М.: Гилея, 2007. С. 22 — 65.

[8] Зерзан Дж. Первобытный человек будущего. М.: Гилея, 2007. С. 50 — 52.

[9] Подробнее об этом: Mander J. Four Arguments for the Elimination of Television. New York: Harper Collins, 1978. 375 p.

[10] К 200летию восстания луддитов // proza.ru URL: https://www.proza.ru/2012/11/14/1429 (дата обращения: 26.04.18).

[11] Postman N. Amusing Ourselves to Death. USA: Penguin, 1985. 208 p.