рецензии
Падение в Событие
Рецензия на «Событие. Философское путешествие по концепту» Славоя Жижека
Автор: Арина Бойко
Оригинальный текст: Жижек С. Событие. Философское путешествие по концепту. Перевод с английского Д. Хамис. — М.: Рипол-Классик, 2018. 240 с.
Публикация: 15/02/2019
Гигантский шар без причины повисший над улицами Нью-Йорка из рассказа американского писателя-постмодерниста Дональда Бартелми — отличная иллюстрация определению, которое предлагает словенский философ Славой Жижек в книге «Событие. Философское путешествие по концепту»: «Нечто шокирующее, из ряда вон выходящее, случающееся внезапно и прерывающее обычный ход вещей, нечто, появляющееся из ниоткуда, без видимых причин»[1]. Событие — с большой буквы «С» — становится поводом для разговора на множество тем: от буддизма до вирусных видео на YouTube.
По Жижеку, Событием является только то, что устанавливает связь со «вселенной смысла»[2] или Реальным — именно к этому термину из Лакановской триады Символическое-Воображаемое-Реальное апеллирует Жижек. Реальное не стоит путать с реальностью, напротив, Реальное — экстремум в нашем повседневном опыте или, как формулиет это Жижек, «травматическое столкновение с крайне жестоким насилием»[3]. Так, в книге 2002 года «Добро пожаловать в пустыню Реального», с помощью этих Лакановских терминов Жижек анализирует события 11 сентября.
Вышедшая в свет в 2014 году, «Событие» была выпущена на русском в конце 2018 издательством «Рипол-Классик» в переводе исследовательницы Дианы Хамис. Эта небольшая, но в хорошем смысле концентрированная книга, представляет собой нечто вроде травелога: главы здесь названы «остановками», подглавы — «пересадками», а вместо введения и заключения — «посадка» и «пункт назначения». Неслучайно в русском переводе книга обрела подзаголовок «Философское путешествие по концепту». «Путешествие» здесь — не только форма, но способ мысли: Жижек не предъявляет готовую концепцию, но предлагает читателю следовать за ходом его мысли, чтобы самому ответить на вопрос — «что происходит, когда происходит Событие?».
Путь ему прокладывают идеи Лакана, Гегеля и Фрейда, а также анекдоты про Иисуса, стихи (включая японские хайку и самопальные пародии на них), интерпретации самых разных фильмов — от арт-хаусных до голливудских. Киноманам и просто фанатам Жижека эта смесь скорее всего напомнит документальный фильм «Киногид извращенца» (2006), в котором он анализирует более 40 фильмов через призму психоанализа и марксизма. Как в кино-лекции, так и в «Событии», Жижек не гнушается примерами из массовой культуры и объяснениями сложных терминов из философов-классиков, что делает книгу, несмотря на некоторую академичность, вдоступной широкой аудитории.
На определённых темах и фигурах Жижек останавливается подробней. Например, целая глава книги, «Остановка 4», посвящена Платону, Декарту и Гегелю. Именно их выделяет Жижек, называя единственными (и тут с ним можно поспорить) ключевыми фигурами в истории западной мысли: «В каждом из их случаев мы имеем дело с философским Событием в смысле травматического вторжения чего-то нового, неприемлемого для преобладающих взглядов»[4]. Кроме того, в метафизики этих трёх философов по-разному встраивается Событие. Так, теория Платона о существовании автономного мира идеальных сущностей обнаруживает зазор между реальностью и Реальным, «cogito ergo sum» Декарта открывает событийную природу «я», расщепляя субъективность на душу и тело. В философии Гегеля, согласно Жижеку, и вовсе «всё становится событийным»[5]: суть Абсолютного Духа в историчности мира, а его развертывание — это результат определённых Событий.
Интересна глава «Натурализованный буддизм», в которой Жижек через призму психоанализа, критической теории и натурализма рассматривает главное Событие буддистского учения — достижение Нирваны. Именно буддизм, согласно Жижеку, лучше всего улавливает дух позднего капитализма и гипердинамичной современности, предлагая нам отстранённо наблюдать за «безумным танцем ускоряющегося прогресса»[6] вместо того, чтобы невротично пытаться успеть за его ритмом. Достигший буддистского просветления субъект похож на «я» в его научном понимании — как совокупность нейро-биологических процессов. Такой взгляд на субъект лишает его агентности и низводит до простого наблюдателя. Это кажется Жижеку спорным моментом религиозного и научного представлений о «Я»: в обоих случаях субъект покоряется судьбе и реальности.
Любовь как Событие — ещё один важный сюжет книги. Здесь Жижек во многом следует за Лаканом: для него встреча двух будущих влюблённых есть некая точка невозврата, которая радикально меняет логику их жизни. Любовь относится к такому типу «неуловимого» События, который больше всего интересует философию и самого Жижека: «Падение (в любовь) никогда не происходит в конкретный момент, оно всегда уже произошло»[7].

В конце концов, и аномальных размеров воздушный шар из рассказа Бартелми можно трактовать как метафору Любви-События. Ведь именно под ним (дальше будет спойлер) в самом последнем абзаце нарратор встречается со своей возлюбленной и признается, что шар — его рук дело, — это способ показать, как сильно он скучал в её отсутствие. Появившийся из неоткуда, изменивший реальность вокруг себя и бесследно исчезнувший, этот шар — каноническое Событие.
Примечания:
[1] Жижек С. Событие. Философское путешествие по концепту. Пер. с англ. Д. Хамис. М.: Рипол-Классик, 2018. С. 12.
[2] Там же. С. 149.
[3] Там же.
[4] Там же. С. 102.
[5] Там же. С. 141.
[6] Там же. С. 86.
[7] Там же. С. 181.