Конференция как собрание тел исследователей
Колонка Полины Колозариди о проблемах проведения конференций и об экспериментах в клубе любителей интернета и общества
Автор: Полина Колозариди
Публикация: 21/05/19

Критика порой не требует альтернатив, альтернативы нередко появляются без критики. В этом тексте я попробую совместить оба жанра, попытаюсь описать свой опыт организации конференций. Мне кажется, эта рефлексия может быть полезной тем, кто задумывается о том, как действовать в ситуации кризиса академии. Отчасти она приурочена к моему участию в школе CRISIS/ACADEMIA, отчасти — к конференции Internet Beyond, которую я в четвёртый раз организую вместе с товарищами из клуба любителей интернета и общества.

Я подписана на рассылки конференций из разных стран мира, и эти письма часто приводят меня в отчаяние. Добрая половина объявлений состоит из максимально общих описаний темы и формальных требований к докладам (шрифт, интервал, способ цитирования). Зачем они происходят — мне сложно понять, ведь часто это не имеет к актуальной научной или социальной повестке никакого отношения (проблемы современного общества — моя любимая). Но всякий раз я одёргиваю себя, когда читаю эти объявления и говорю: «Нет, это ты организуешь конференцию в первый/второй/третий раз, а они, может, уже в сороковой, посмотрим на тебя к сороковой». В этом году я провожу конференцию в четвёртый раз — и решила не ждать сорокового и сформулировать свои вопросы к формату конференции и возможные альтернативы.
Что не так с конференциями?
Конференция как жанр предполагает встречу людей из какой-то сферы деятельности, например, добычи металлов, международной безопасности или изучения лазеров. Едва ли есть сфера человеческой жизни, о которой не собрали бы конференцию. Будучи журналистом, я была на десятках разных конференций. Все они отчасти похожи друг на друга. Академические конференции — едва ли особенный тип собраний.

Традиционная схема конференций такова: сначала выступают организаторы и приглашённые участники издалека, это часто называют пленарным заседанием. Потом происходит выставка достижений интеллектуального хозяйства — все рассказывают о том, что интересного сделали, и обмениваются замечаниями. Иногда на конференциях бывают ещё дискуссии и семинары, изредка — другие форматы. Вечером обычно фуршет, на котором, как многие считают, происходит всё самое интересное: общение, знакомства и так называемый нетворкинг.

Вероятно, мой личный интерес к организации конференций происходит от нелюбви к кулуарным беседам. Ведь вообще-то это дополнительная работа, хотя к ней решительно невозможно подготовиться. Моя мечта — удобный академический тиндер, где перечислены все пожелания и самоописание. В каком-то виде это реализовано в academia.edu или на подобных ресурсах. Отчасти мы пытались с коллегами организовать такой тиндер на одной из конференций, хотя пока получилось сомнительно.

Ещё одна боль — круглые столы, на которых люди часто видятся в первый и последний раз, полчаса договариваются о терминах, каждый говорит о своём, потом время заканчивается. Каждый мой опыт участия в подобных событиях вызывал лютое ощущение бездарно потраченной жизни и близости Страшного Суда, на котором я не смогу объяснить, зачем жизнь потрачена именно так.

С традиционным способом проводить конференции есть много проблем. Главная — непонятно, зачем отчитываться устно о том, что можно почитать в виде статьи. Мне всегда казались более осмысленными разговоры о тех исследованиях, которые ещё продолжаются: тогда понятно, чего участники могут ждать от публики, и зачем она вообще нужна.

Но есть и другие сложности: обязательное, но вроде бы неформальное общение, но главное — отсутствие общей проблемы и темы. Нет, конечно, есть воркшопы и семинары, на которых всё наоборот: есть общая, для всех близкая и понятная тема, напряжённая совместная работа. Но конференция, которая вроде бы может быть платформой для общения людей из немного разных сфер, по сути никакой платформой чаще всего не становится. Исключения — узко-тематические конференции, где обсуждаются в самом деле ключевые исследования в конкретной теме. Обычно такие конференции очерчивают поле, собирают тех, кто, собственно и занимается ключевыми исследованиями.

Довольно частое объяснение предельно общих мероприятий связана с рутинной ролью конференций: проводят, потому что положено. Они вовсе не должны предполагать результата, который будет связан с изменением конкретного исследования или целого поля. Нередко результат конференций — это публикация сборника, зарегистрированного в РИНЦе. Отсюда и требования к шрифтам: фактически готовится сборник текстов и общение людей, которое не предполагает ни критики, ни конфликта.
Альтернативы в моей практике
Я предлагаю увидеть в конференции собрание тел исследователей. Они уже объединены чем-то, нередко у них есть общий интерес и поле конфликта. Даже без этого политического акцента у конференций есть и своя роль в академической жизни, несводимая к рутинного ритуального обязательства. Они легитимируют темы, делают исследователей и их интересы видимыми (через анонсы в СМИ, мероприятия в социальных сетях, университетские рассылки).

Но можно попробовать не думать о конференции как о ритуале, а представлять её себе как поле действия и эксперимента. В клубе любителей интернета и общества мы экспериментируем с конференциями уже четвёртый год. Конференция называется Internet Beyond, и я расскажу о нескольких форматах, с которыми мы работаем, чтобы объяснить, почему и какого рода эксперименты кажутся нам важными.

Две важных оговорки. Первая: почти все такие форматы существуют и в других местах, наша заслуга скорее в их комбинации. Вторая: конференция посвящена интернет-исследованиям, не очень сложившемуся полю. Оно междисциплинарно и даже порой выходит за границы академической среды.

Итак, мы с самого начала хотели, чтобы часть форматов позволяла не выставлять достижения науки, в которой ещё толком не сложилась экспертиза, а делать соучастие конференции элементом работы с исследованием. Поэтому мы три года проводили секцию «незавершённых исследований», в которой просили авторов делать акцент на том, какие вопросы ещё не решены, или почему исследование не удалось. В обсуждениях иногда возникали ответы и новое вдохновение. Думаю, не менее половины участников были на конференции в последний раз, но мне не кажется, что это плохо, скорее наоборот. Не всегда публикация — это единственный результат исследования. Иногда хорошее обсуждение — это тоже результат. Эта практика помогает выстраивать альтернативу системам «publish or perish», которые достойный критики, но часто остаются чем-то неизбежным.

Другой формат, его часто используют этнометодологи — дата-сессии. Это когда исследователь показывает всем часть своих данных, чтобы обсудить их и получить разные интерпретации от публики. Этот формат требует немалой подготовки. Но в перспективе это кажется отличным способом и с темой разобраться лучше, и показать соседям по дисциплинам, как устроена исследовательская кухня. Я всё же надеюсь, что способ искать коллег, похожий на старые IT-хабы — собраться и вместе поработать — процветёт когда-то и в академии.

Обычно считается, что основной формат конференции — это доклады и у нас, конечно, много классических секций с ними. Но всё не так просто. Первая конференция вызвала у меня панику: всё было скомкано, обсудить доклад содержательно, как на вокршопе, было невозможно. Во второй раз мы предложили участникам разные форматы: кто-то дольше рассказывал, кто-то — сокращал время на доклад, но увеличивал время на обсуждение. И всё же всегда появляются доклады, которые не вписываются в рамки, поэтому одну из секций в этом году мы вывели в аудио-формат: аудиозаписи выкладываются на сайте, все их слушают до начала конференции, в офлайне только обсуждают.

Наконец, на все круглые столы мы зовём участников, предполагая, что у них могут быть конфликтные позиции. Эта конфликтность позволяет чётче поставить проблему и представить разные пути решения. А ещё это позволяет обсудить тему так подробно, чтобы по крайней мере для участников и слушателей круглый стол стал событием с чем-то новым и не позволяющим вернуться в необсуждаемое состояние темы.
Зачем ходить на конференции и их устраивать?
Я совсем не хочу сказать, что описанные мной альтернативы — единственно возможные или идеальные. Они непривычны и участникам, и организаторам. Каждая конференция даётся тяжело, с сомнениями и горой сложностей (добавьте к этому сбор денег краудфандингом на еду и троих организаторов). Кроме того, такие форматы сложно тиражировать и делать из них пример для других организаторов (вероятно и не стоит). Но, как мне кажется, такой способ работы хорошо подходит для небольшой команды и для исследовательского поля, пребывающего в становлении. Что тут важно лично для меня — я всегда могу объяснить людям, как изнутри, так и извне академии, почему на такие события стоит ходить. В первую очередь — чтобы увидеть, из чего у других людей растут исследования, и какие проблемы с ними есть. Это редко описывают в книгах и почти никогда — в статьях. Во вторую очередь, людям можно помочь справляться с этими проблемами. Если считать собрания исследователей полезными, они всё же должны решать вполне конкретные проблемы. Наконец, всё это даёт шанс делать исследования иначе: не повторять существующие модели, а менять их или договариваться о необходимости крупных перемен, к которым не прийти через простое варьирование.

Жанр совмещения критики с альтернативами потребовал от меня амплуа д'Артаньяна, который рассказывает о своём опыте как о хорошем, обличая других. Я прошу извинить меня, но только за это, как говорил этот персонаж. Эта роль неловкая, но кажется, она необходима, чтобы начать разговор о том, зачем вообще происходят конференции, и нужны ли они для исследователей и учёных.
Полина Колозариди
Интернет-исследователь, преподаватель НИУ ВШЭ, координатор клуба любителей интернета и общества