Помогите развивать независимый студенческий журнал — оформите пожертвование.
Close
 

«Извинения для руководства страны будем записывать?»

Рассказываем историю полицейского насилия в ОВД «Донской» в нашем новом материале.

Публикация: 14 марта 2022
7 марта полиция задержала нескольких активист_ок, которые расклеивали антивоенные листовки. Задержанных доставили в ОВД «Донской», где их насильно сфотографировали и взяли отпечатки пальцев, а затем угрозами заставили записать видеообращение с извинениями.

Задержанным удалось сделать аудиозаписи разговоров с сотрудниками (записи есть в распоряжении редакции). Имена задержанных изменены про просьбе информанто_к.
В понедельник, 7 марта, на следующий день после мирных митингов, трое активист_ок расклеивали антивоенные листовки в одном из спальных районов Москвы ◻️. Спустя некоторое время молодые люди заметили, что особое внимание на них обращают трое прохожих, один из которых снимал на видео. Один из них быстро направился в сторону расклеивающих, достал корочку МВД и представился. Приехал наряд и молодые люди оказались в ОВД по Донскому району.

По приезде активист_ок развели в разные помещения и обыскали уже по отдельности. После обыска личные вещи вместе с телефонами были изъяты. Сначала оперативники хотели взять объяснения у задержанных. Активист_ки отказывались, ссылаясь на 51 статью Конституции РФ ◻️. Григорий (имена задержанных изменены по просьбе информанто_к) рассказывает, что оперативник был сильно удивлен: «Ты что, не хочешь заявить, что ты против Путина?».

С кажд_ой из активист_ок находился сотрудник полиции, который был приставлен для того, чтобы следить за ними. Настя рассказывает, что она обсуждала с оперативником сериалы и случай в Братеево. Полицейский не мог поверить, что такое и правда происходит в ОВД, ведь он с таким никогда не сталкивался. В это время у Замначальника ОВД происходил разговор на ту же тему с приехавшим для проведения допроса ФСБшником и опером (запись находится в распоряжении редакции и будет опубликована):
ОВД по Донскому району
ФСБ: Так, ну чего они говорят?

Замначальника ОВД: Да ничего они, нихуя не говорят. 51 и все. Говорят, что ничего говорить без адвоката не будут.

ФСБ: Это вот там они сидят, да?

Полицейский: Да, да

ФСБ: Ух, бля. Рожи какие противные.

Смех замначальника ОВД

Полицейский: Вчера еще хуже были.

ФСБ: Они раньше попадали в поле зрения?

Полицейский: У нас здесь нет.

ФСБ: А что-то есть на них?

Полицейский: Да, там много. Административки точно, и у одного уголовка.

ФСБ: Сейчас, посмотрю.

Замначальника ОВД: [звонит по телефону] Cмотри, приехали сотрудники ФСБ сейчас у меня в кабинете, надо им кабинет выделить
Приходит дежурный и отводит ФСБшника в комнату

Замначальника ОВД: «Вы мне ответите, мусора» [цитирует одну из задержанных]

Полицейский: Че? Он сказал? Может ему пакет на голову надеть? Обоссать его епт...

Замначальника ОВД: Уже сил нахуй нет. Сказал <нрзб>, что там пиздец назревает. Ну я ей кинул фотки, что они отказались. Говорит, там пиздец назревает в Братеево. Кипиш епт бля <нрзб>

Полицейский: Ну бля нахуй оскорблять то епт. Либо надо было снять часы, хуйсы все нахуй гавно это...

Замначальника ОВД: Они ебанутые. Они думают, что мы раньше работали.

Полицейский: Ну она видимо на часах включила там [судя по всему, речь идет о записи пыток в ОВД Братеево, которую предоставила Александра Калужских]. Аля эпл вотч хуётч.

Замначальника ОВД: Мне кажется, нет. Диктофон наверное был.

Полицейский: Ну может диктофон, да.

ЗамНачальника ОВД: Или телефон вообще не изымали.

Полицейский: Ну поэтому НОРМАЛЬНО их досматривать надо.

Замначальника ОВД: Ну вон мы их досматривали как. И че блеять?

Полицейский: Ну блять промеж булок себе запихнул кто-то пока в автозаке ехал и че ты бля. Нормально досматривать это как на зоне епт. Чуть ли не раком всех ставить. А так поверхностно похлопали и иди бля.

Замначальника ОВД: Ну там где-то рядом прям звук был. Четко было слышно. Как у уха прям.
Пока сотрудник полиции и замначальника ОВД мило беседовали, обсуждая последние новости, задержанные столкнулись с грубым нарушением прав и жестоким обращением. Насте не давали вызвать адвоката, один из оперативников угрожал ей, крича: «Ты у меня восьмое марта в камере встретишь!». А после и вовсе начал ее досматривать, хотя по закону это запрещено и женщин должны досматривать только сотрудницы женского пола. После взятия объяснительной и досмотра задержанных отправляли на дактилоскопию и фотографирование. Задержанные отказывались от сдачи отпечатков пальцев и фотографий, поэтому полицейские применяли силу. Так происходящее описывает Настя:

Мы остались вдвоём в кабинете, она просмотрела содержимое сумки, карманов, заставила снять кофту и обувь. Позвала сотрудников — всего их было трое. Снова стали требовать отпечатки и сфотографироваться, я снова отказывалась.

Мне сказали: «Мы все-равно это сделаем, вы понимаете?» Они сделали. Насильно поставили меня к стене, а я отворачивалась от объектива. Тогда Наташа (та самая сотрудница) подошла и схватила меня за лицо, поднимая его к камере. Анфас, профиль слева, профиль справа.

Я отворачивалась, потому что фотографирование незаконно. Меня снова повернули анфас, я расслабила ноги и скатилась по стене на пол. Они стали суетиться, говорить принесите воду. Наташа присела ко мне, стала трясти лицо и сильно хлопать по щекам. Потом заорала: «Она моргает! Притворяется сука! Спектакль устроила. Поднимите её!» Подняли, сбросив очки и маску (у меня зрение -7).

Позвали еще сотрудника. Говорят: «Давай, надевай наручники.» Он надел и ему скомандовали: «Укладывай её.» Он поставил подножку, я упала и меня прижали лицом в пол. Полицейская стала прокатывать пальцы. Ладони были расслаблены, потому что я не собиралась помогать сотрудникам нарушать мои права. Я саботировала незаконные действия силовиков как могла в той ситуации.

Также резко и агрессивно полицейская рявкала, чтобы я подписала бумаги с отпечатками. Я хотела написать, что подписываю бумагу без защитника.

Сотрудница отобрала ручку, орала на меня и насильно, взяв руку, начеркала рандомные линии на месте подписи. Я возмутилась, что это не подпись, что она не соответствует той, что в паспорте.

Сотрудница ответила: «Мне похуй, твоей рукой подписано!»

Взятие отпечатков пальцев у Гриши произошло аналогично. Его завалили двое сотрудников и сотрудница насильно отгибала пальцы (кулаки были сжаты). В конце полицейская жаловалась, что испортила маникюр.
После принудительных процедур активист_ки встретились в актовом зале с одинаковыми протоколами с нарушениями по административной статье 20.1 (мелкое хулиганство). По факту они были свободны, но их не выпускали и говорили, что нужно подождать какого-то сотрудника. Их стали по очереди выводить по отдельности на допросы, на которых их ждал сотрудник ФСБ.
Допрос сотрудником ФСБ
Сотрудник представлялся («Я представляю славную организацию»), после чего пытался выяснить обстоятельства задержания кажд_ой из активист_ок. У него было две цели: добиться разблокирования смартфона, чтобы ознакомиться с переписками задержанных, и записать видеообращение с извинениями.

Сотрудник ФСБ: Я понимаю, я ваши личные смотреть интимные какие-то моменты, читать переписки, может быть, с молодым человеком или с мамой не собираюсь. Меня это не интересует, поверьте. Я уже вышел из этого возраста, когда интересно за людьми подглядывать, смотреть чем они занимаются. В плане, конечно, профессиональной деятельности можно и как-то так и сказать, что мы тоже поглядываем. Но это в плане профессиональной деятельности. Наверняка и у вас есть планы состояться в этой жизни. Как женщина. Как мать/супруга. В профессиональном плане, наверное, есть какие-то устремления?

После того, как угрозами сотруднику удавалось получить доступ в смартфоны, он заставлял задержанных снять видеообращение с извинениями.

ФСБ: Извинения будем на камеру записывать?

<...>

Настя: Мне не за что извиняться.

ФСБ: Как это не за что? За то, что ты осознала свои вот эти вот действия. Впредь такого не будешь [делать]. Осознаешь, что поступила неправильно. У тебя есть вообще товарищи, которые на Украине находятся? Я тебе честно скажу, что у меня есть у близких, у кого родственники находятся под бомбежками сейчас. Всем эта история, то что вот такие военные действия идут – не нравится. Никому вот это не нравится и никто за это не выступает, да. За то, что гибнет мирное население. Но вот таким образом поступать – дискредитировать себя, своих родителей. Которые старались, тебя воспитывали — вкладывали какие-то ценности. Ну ты подумай по поводу видео пока.

Когда задержанные отказывались, сотрудник начинал угрожать уголовной статьей и тюремным сроком:

ФСБ: Настя, ты ведь понимаешь, что ввели уголовную ответственность до 15 лет? [имеет в виду уголовную ответственность за распространение фейковой информации о ВС РФ]

Настя: Не слышала еще

ФСБ: Не слышала. Надо вот спрашивать у ребят, которые приглашают на такие действия, что грозит. Свою жизнь не жалко?

Cотрудник ФСБ хотел убедить задержанных раскаяться в их действиях и заставить пообещать, что они больше не будут их совершать.

Настя: Оно [видео] в интернет попадет?

ФСБ: Нет. Ну давай мы с тобой договоримся, что ты больше этой деятельностью вообще заниматься не будешь. Просто это получается круговорот. Ты хочешь сейчас на отъебись записать видео. Ну не то, что хочешь. Я предполагаю пока. Мои мысли. Ты хочешь на отъебись записать это видео, потом выйти опять этой деятельностью заниматься. Тебя поймают и мы опять приедем. Ну и скажем здрасте.

Настя: Вы же мне обещаете жизнь сломать. Работы лишить, на родителей давить.

ФСБ: Ну я тебе не могу категорически сказать, что случится. Я так сказать исполнитель, работник, сотрудник. И у меня для выполнения определенных приказов есть руководство, которое принимает решения о целесообразности тех или иных мероприятий. Я тебе объяснил не то, что мы хотим тебе испортить жизнь и кому-то там что-то подгадить. Нет у нас такой цели нет, все люди нормальные адекватные все понимают и идут с нами на контакт. Все мы тоже все люди. Все всё понимают. Подурачились и хватит

Когда сотрудника не удовлетворяли ответы задержанных на видео, он заставлял их перезаписывать видео.

ФСБ: Хорошо, значит я вам задаю вопрос, начинаю снимать: Представьтесь. Вы представляетесь: фамилию имя отчество год рождения. Я вам дальше задаю вопрос за что вы оказались в отделе полиции. Вы что отвечаете?

Настя: Расклеивала листовки.

ФСБ: Да, расклеивали листовки. Дальше я вам задаю вопрос что вас побудило совершить данное действие?

Настя: Смерть друзей моих друзей.

ФСБ: Смерть друзей моих друзей?

Настя: У моего друга друг погиб.

ФСБ: А при каких обстоятельствах погиб?

Настя: Он мирный гражданин, просто погиб.

ФСБ: А где он погиб?

Настя: Не знаю, просто друг написал, что мой друг погиб. Я не стала спрашивать, мне как-то неловко расспрашивать человека, когда он в трауре. Не хочу, чтобы умирали люди.

ФСБ: Давайте вы скажете, что поддалась общественному мнению.

Настя: Ну я не из [-за] общественного мнения пришла.

ФСБ: Но такой ответ не подойдет.

Настя: Почему, если это правда?

Последн_яя задержанн_ая вышла с допроса из отдела в 3:30. Всего в отделении активист_ки провели 7 часов. Все это время им не передавали воду, еду и лекарства.

Столкнувшись с разными реакциями после задержания, Настя считает важным оставить послесловие: Пережитый опыт может обсуждаться и критиковаться, но правильнее использовать его для возможных будущих задержаний. Во время допроса сотрудником ФСБ, нами были приняты такие решения, а что сделать читател_ьницам в будущем — их собственное решение.
Расклейка листовок/объявлений разрешена в определенных местах, например, на досках объявлений, установленных внутри или около подъездов. Важно отметить, что с 4 марта в силу вступила статья 207.3 УК РФ. Статья регулирует публичное распространение информации заведомо ложной информации об использовании Вооруженных Сил Российской Федерации. Расклейка листовок подходит под определение публичного распространения информации. Также антивоенные листовки могут попадать под публичные действия, направленные на дискредитацию использования вооруженных сил РФ (Статьи: 20.3.3 КоАП, 280.3 УК РФ).
51 статья Конституции наделяет каждого гражданина Российской Федерации правом не свидетельствовать против себя и своих близких.