Помогите развивать независимый студенческий журнал — оформите пожертвование.
Close




«Одевайтесь, едем на допрос»
Как DOXA сопротивляется политическому преследованию
Авторы: Катя Мороко, Герман Нечаев
Редакторка: Таня Колобакина
Обложка: Алина Юнусова
Публикация: 15/04/2021
14 апреля в 6 утра в офис редакции и домой к Армену Арамяну, Наташе Тышкевич, Володе Метелкину и Алле Гутниковой пришли с обыском. Позже редакторам DOXA предъявили обвинение по ст. 151.2 УК РФ («Вовлечение несовершеннолетних в опасную деятельность») из-за ролика с призывом к школьникам и студентам не бояться угроз администраций. Всем фигурантам назначили фактически домашний арест, сегодня их снова допросит Следственный комитет.
DOXA воссоздала полную картину вчерашнего дня в итоговом репортаже.
История DOXA
Студенческое издание DOXA появилась как инициатива студентов-энтузиастов в 2017 году. Сначала журнал существовал в первую очередь как студенческое медиа ВШЭ, однако постепенно DOXA стала расширяться: в редакцию начали вступать студенты и других вузов, мы стали освещать события не только в Вышке, но и в других московских и региональных университетах.

Одной из поворотных точек стало лето 2019 года. Во время протестов из-за недопуска независимых кандидатов на выборы в Московскую городскую думу задержали многих студентов, против некоторых из них было возбуждено уголовное дело. DOXA организовала сбор пожертвований на оплату штрафов студентам и кампанию в поддержку политзаключенных.

Осенью того же года у журнала возникли проблемы с руководством ВШЭ. Накануне выборов в Мосгордуму DOXA выпустила материал о ректорке РГСУ Наталье Починок, которая была кандидатом по одному из округов. В нем мы рассказали, как ректорка фактически унаследовала свой пост от мужа и почему РГСУ считается фабрикой фальшивых диссертаций. Починок посчитала, что факты, опубликованные в статье DOXA, оскорбительны, и пожаловалась на нас администрации Вышки, сказав, что публикация наносит вред сотрудничеству двух вузов. В день суда над студентом ВШЭ Егором Жуковым, одним из фигурантов «московского дела», в защиту которого мы выступали, Фонд поддержки студенческих инициатив университета проголосовал за то, чтобы лишить журнал статуса студенческой организации. Члены фонда посчитали, что статья о Починок, как и материал «5 РЕАЛЬНЫХ причин не поступать в Вышку», «порочит деловую репутацию» вуза.

Так или иначе, это позволило нам окончательно стать независимым медиа во всех смыслах, и поднимать важные для нас темы без оглядки на кого бы то ни было. Мы стали заниматься краудфандингом и осенью 2020 года даже смогли въехать в наш собственный офис. Мы одними из первыми в медиа подняли проблему домогательств в вузах, участвовали в совместных расследованиях с другими изданиями, изучали, как молодые люди в России участвуют в политике, и многое, многое другое… В последние месяцы мы стали пробовать новые форматы. Мы начали публиковать гайды, регулярно организовывали стримы на нашем YouTube-канале, сняли видеорепортаж, еженедельно обсуждали актуальную повестку в голосовом чате телеграма. В апреле мы должны были начать выпуск подкастов и видеоэксплейнеров.

Несмотря на то, что DOXA — медиа, мы никогда не забывали о том, что одна из приоритетных для нас задач — поддержка университетского сообщества. Журнал активно поддерживал муниципального депутата и преподавательницу Юлию Галямину, столкнувшуюся, на наш взгяд, с несправедливым уголовным преследованием, выступал против увольнения преподавателей по политическим мотивам, выражал солидарность с подвергшимися давлению беларусскими студентами и сотрудниками вузов.

В начале 2021 года мы узнали о беспрецедентном давлении на учащихся российских учебных заведений. Школьникам, их родителям, студентам колледжей и вузов угрожали возможными проблемами, юридическим преследованием и отчислением из-за участия в акциях в поддержку задержанного по прилете в Россию Алексея Навального. Мы практически круглосуточно писали новости о случаях задержания студентов на акциях, а также вновь организовали сбор средств на оплату штрафов. Кроме того, перед акцией 23 января редакция записала видео, в котором призвала студентов и школьников не бояться угроз отчислением за политические взгляды и не стыдиться, если страшно выйти на митинг (мы предлагали другие формы помощи политзаключенным, например, волонтерство в правозащите). Уже через несколько дней нам пришло требование РКН удалить видео. В нем говорилось, что Росмолодежь пожаловалась на видео редакции, потому что оно якобы нарушает ст. 20.2 КоАП из-за «призывов участвовать в несанкционированных публичных мероприятиях». Из-за угрозы блокировки DOXA удалила видео, однако мы оспорили решение ведомства в суде. Но, как выяснилось вчера, самое интересное было впереди.
Обыски
14 апреля работа в чатах редакции DOXA началась около 6:00. В это время мы получили первые сообщения от наших редакторов о том, что у них проходят обыски по шести адресам: в офисе DOXA, дома у Армена Арамяна, Наташи Тышкевич, Володи Метелкина, Аллы Гутниковой, семьи Аллы.
Я спросил, можно ли дождаться адвоката, ответили, что нет.
Первым об обысках сообщил Армен, в эту ночь он оставался ночевать в офисе. «Когда стали звонить и стучать в дверь, сказали, что пришли с обыском. Сказали, что выломают дверь, если не открою. Я спросил, можно ли дождаться адвоката, ответили, что нет. Ну, окей, выломали замок», — рассказывает Армен. Адвоката Леонида Соловьева, который приехал защищать Армена, в офис не пустили: «Мы уже закончили тут, поезжайте на Технический, 2. Там и будем работать», — вежливо сообщили силовики. С нашей редакторкой Таней Колобакиной уже никто не церемонился: когда она спросила следователя, можно ли ей зайти в офис, он стал ей угрожать статьей 139 УК РФ — «Нарушение неприкосновенности жилища».

Сам обыск проходил в малоприятной форме. «На меня давили довольно жестко во время обыска. Наверное, в течение часа пытались заставить отдать пароли от устройств, но я отказывался, говоря, что не буду ничего делать, пока не придет адвокат. Я спал всего пару часов, поэтому очень тяжело воспринимал, что происходило», — поделился Армен. У редактора DOXA изъяли ноутбук, телефон и планшет. Также из офиса журнала унесли всю видео- и аудиотехнику.
«Почему так много книг?», — задавались вопросом проводившие обыск силовики.
Немного раньше, по словам мамы Армена, начался обыск в квартире, где живет его семья. Когда адвокат Соловьев приехал туда, с ним тоже не стали вежливо разговаривать: его и нашу редакторку силой вытолкали с лестничной клетки около квартиры. У мамы, братьев и сестры Армена тоже изъяли технику: 5 телефонов и ноутбук. «Почему так много книг?», — задавались вопросом проводившие обыск силовики.

Как только Армен узнал, что к нему ломятся с обыском, он сообщил об этом редакции. Наташа Тышкевич, тоже разбуженная стуком, увидела сообщение Армена об обысках и, по ее словам, это помогло ей морально собраться: «Я, с одной стороны, думала, что это сюр, но, с другой стороны, чувствовала, что это реальность. Я живу в Москве, хожу в приятные кафе, прогуливаюсь, но при этом есть какая-то другая политическая реальность, которая более реальна: в которой репрессируют анархистов, задерживают людей ни за что. И как будто сейчас я почувствовала себя: наконец-то это произошло. Я была морально готова». Незадолго до обысков на прежнюю съемную квартиру Наташи несколько раз приходил участковый. Из-за этого она даже переехала в другое место, но он пришел и туда. «Сейчас я живу в конструктивистском доме, и я много думала о его истории, — рассказывает Наташа. — Его построили в 20-х, а в 30-х всех, кто там жил, репрессировали. Там много табличек "Последнего адреса", и я накануне ночью плохо спала, у меня было какое-то предчувствие, думала об этих репрессированных, думала о каком-то историческом повторе, а-ля 37-ой. Когда мы ехали в автобусе до СК, я представляла себе этих людей из 30-х, которых везут на Лубянку, но сейчас это сильно отличается, потому что есть мощная поддержка, информация, которая все равно просачивается, я не чувствую себя одинокой».
Когда тебе говорят, что мы едем на допрос, ты понимаешь, что есть некоторая доля вероятности, что тебя будут бить
В это же время обыски начались и у студентки 4-го курса ВШЭ Аллы Гутниковой, причем сразу по двум адресам: по месту фактического проживания Аллы и в доме ее родителей. «К нам пришли к 6 утра, обыск длился где-то три часа», — рассказывает Алла. Кроме того, что у самой Аллы изъяли два телефона и ноутбук, силовики хотели забрать и технику ее соседок. Им пришлось демонстрировать свои фото и учебные эссе, чтобы доказать свою непричастность к DOXA. «Все забрали, обыск заканчивается, и я уже думаю, как буду от этого отходить, а тут мне говорят: "—Алла Михайловна, одевайтесь, едем на допрос". Когда тебе говорят, что мы едем на допрос, ты понимаешь, что есть некоторая доля вероятности, что тебя будут бить, ну или как минимум тебе будет страшно, — делится Алла. — Потом мы стали с ними вполне нормально разговаривать. Обсуждали феминитивы, например. Им совсем было непонятно, зачем они нужны».
Я еще не удержалась от сентиментального жеста: поехала на допрос в одежде возлюбленного
«Когда к тебе приходят в 6 утра, сложно не думать про исторический контекст, поэтому я стала представлять себе допрос в подвале. Я еще не удержалась от сентиментального жеста: поехала на допрос в одежде возлюбленного. А в голове постоянно в голове крутилось стихотворение Введенского "где. когда", в котором герой прощается со всем вокруг: небом, бабочками, рекой», — рассказывает Алла Гутникова.
О том, как проходили обыски у Володи Метелкина, нам ничего не известно.
Допросы
Около 11 часов обыски закончились и наших коллег повезли в Следственный комитет. Там ребята отказались давать показания, сославшись на 51-ую статью Конституции. От адвокатов «ОВД-Инфо» и «Апологии протеста», защищавших ребят, вскоре стало известно, что им предъявлено обвинение по статье 151.2 УК РФ — «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение действий, представляющих опасность для жизни несовершеннолетнего». Дела должны были рассмотреть в Басманном районном суде во второй половине дня.

В это время напротив Следственного комитета стали собираться сотрудники DOXA, журналисты и все неравнодушные. «Первая официальная офлайн-вечеринка DOXA», — шутили друзья редакторов. Сменяя друг друга, мы ходили в магазин и за кофе, поглядывая за белыми минивенами, которые въезжали на территорию СК — в них привозили наших редакторов на допрос.

Сами задержанные ребята тоже время зря не теряли. По словам Наташи Тышкевич, находясь в здании СК и ожидая допроса, они придумали, чем заняться, на случай если им запретят выходить из дома: «Во время нахождения дома я правда думаю, что буду заниматься исследованиями. Если мне разрешат принимать гостей, то буду это тоже делать. Погружусь в "диджитал детокс". Буду писать тексты и, может, буду писать песни, стихи. Мы с Арменом даже обсуждали, что можно сделать автоэтнографию нам всем четверым, настоящее научное исследование».

Пока Наташа, Армен, Алла и Володя были в СК, несколько сотрудников редакции приехали в офис, где встретились с его хозяйкой. Та вежливо сказала, что журналу в ближайшее время придется искать новое рабочее пространство: «Не знала, что вы таким занимаетесь. Хотя, наверное, в наше время это и понятно», — резюмировала она.

В это же время пресс-секретарь ВШЭ Андрей Лавров прокомментировал изданию «Подъем» задержание редакторов и редакторок DOXA фразой: «При чем тут мы? Очень просим без нашего участия».
Суд
Около 13 часов собравшиеся у Следственного комитета стали разбиваться на группы, чтобы вместе поехать к зданию суда. К тому моменту все надеялись, что суд по избранию меры пресечения начнется в объявленные адвокатами 14:00. «Ну что ж, суд разберется», — на честный суд никто не надеялся, оставалось только шутить над этим.

Вскоре в суд привезли и ребят. По словам журналиста Романа Дорофеева, Армена и Володю «заводили в здание суда, заломив руки за спину и пригнув головы к асфальту». К этому времени «Протестный МГУ» насчитал более 150 человек, пришедших к суду поддержать DOXA. Нескольким активистам удалось развернуть плакаты «Свободу Алле Гутниковой», «Свободу Наталье Тышкевич», «Руки прочь от DOXA».
В толпе поползли слухи, что раньше 18:00 заседания не начнутся: материалы дела передали судьям, но они, по мнению журналистов, «специально тянут время». А тем временем людей перед входом в Басманный суд становилось все больше и больше. В сквере за углом обсуждали прошедшую сессию, курсовые работы и чем можно помочь DOXA. В ответ на требования полиции «разойтись и не мешать проходу граждан», собравшиеся выстроились в цепь солидарности вдоль всего здания суда и дальше вдоль сквера. «Мы сейчас похожи на огромную гусеницу, которая состоит из гусениц. Те, которые устают, уходят назад, а те, что не устали, выходят вперед и продолжают идти, и так они все вместе двигаются быстрее, чем если бы шли в одиночку», — воодушевляюще рассказывает участник цепи.
Первое заседание началось, как и предполагалось, после 18:00. Внутрь пустили только родственников обвиняемых и аккредитованных журналистов. «Мы бесконечно долго сидели в суде, но зато вместе. В какой-то момент появились родители, мама Армена организовала нам поесть: "—Так, дети не кормлены, пропустите им еду!"», — рассказывает Алла.

Журналисты, которым удалось войти в здание суда, стали публиковать первые фото. «Алла — просто ангел на всех фотографиях. Они, наверно, не понимают, как с ней обращаться», — обсуждали фото собравшиеся у суда. Позже сама Алла шутила, что фото из суда — вершина ее карьеры модели: «Вот почему я 9 лет работала: чтобы сейчас знать, как правильно получаться на фотографиях!».

Около половины седьмого началось первое заседание — у Володи Метелкина. Судьей выступила Евгения Николаева, которая отправила фигуранта московского дела Валерия Костенка в СИЗО, при том что прокурор не требовал такой меры. Следователь считает, что на свободе Володя может контактировать с соучастниками, угрожать свидетелям и «договориться о даче ложных показаний», поэтому требует запретить студенту совершать определенные действия: выходить из дома с 00 часов до 23:59, общаться без письменного разрешения следователя с иными лицами кроме адвоката, а также пользоваться любыми средствами связи, в том числе интернетом. В дальнейшем похожие доводы следствие привело и в отношении остальных наших коллег. Адвокат Володи, Григорий Червонный, подчеркнул, что даже слово «несовершеннолетние» не было произнесено в видео, а потом отметил, что дело было возбуждено еще в январе. За три месяца Метелкин не пытался скрыться. Во время заседания Володя объяснил, что ограничение его свободы передвижений сильно осложнит ситуацию не только для него самого, но и для близких: «—Данная мера пресечения не сделает нормальной жизнь моей семьи. У меня мама болеет астмой, мне нужно работать, ухаживать за собакой, мне нужно ходить покупать маме лекарства, мне нужно дописывать диплом, я заканчиваю университет. И я не представляю опасности». Тем не менее, судья удовлетворила ходатайство следствия практически в полной мере. Володе, как потом и Алле, Армену и Наташе, было запрещено контактировать между собой и пользоваться интернетом. Выходить из дома можно на одну минуту — с 23:59 до 00:00.

Суд над Аллой Гутниковой был не менее комичен. Следователь и судья, например, никак не могли понять, где же все-таки она должна отбывать меру пресечения: в квартире, где ее задержали, Алла не зарегистрирована. «Мне кажется, что следователи по санитарному делу и этому работают в одной следственной группе и просто перепутали дела! В итоге они предъявили Алле обвинение по статье о вовлечении несовершеннолетних, хотя никакого вовлечения и никаких призывов не было. Кроме того, ни один из допрошенных несовершеннолетних не сказал, что видел ролик DOXA!», — недоумевал адвокат Аллы Дмитрий Захватов.

После первого отстраненного комментария ВШЭ заявила, что «университет сделает все необходимое для того, чтобы студентка Алла Гутникова с учетом избранной для нее меры пресечения имела возможность завершить обучение на 4 курсе бакалавриата. Мы исходим из презумпции невиновности и ждем решения суда».
На суде Армена следователь оглашает все те же документы и упоминает ролики Леонида Волкова в поддержку Алексея Навального. «DOXA разместила на канале Youtube видео с названием "Им не победить молодость"», — в который раз повторяет следователь. Каждое заседание проходит по одному и тому же сценарию.

Последней перед судьей предстала Наташа Тышкевич. «Когда мне выносили дверь, СОБРовцы были очень расстроены. Им сказали, что дверь надо будет запилить, и они буквально сели и стали смотреть видео "Дверь мне запили". Я сказала, что я и есть тот самый человек», — рассказала Наташа судье об утреннем общении с силовиками. Ей назначают те же ограничительные меры, что и всем остальным.
Ехал в автозаке, не знал, что будет, увидел знакомые лица и глаза намокли
Выход каждого из ребят из суда встречали аплодисментами и скандированием их имен. Их тут же окружали друзья и журналисты, этим вызывая недовольство сотрудников полиции, монотонно повторявших: «Граждане, не мешайте проходу других граждан». «У меня день рождения!», — смеялась Наташа, пока шла от здания суда.

«Ехал в автозаке, не знал, что будет, увидел знакомые лица и глаза намокли», — поделился Володя на выходе из Басманного суда.

Утром 15 апреля редакторов и редакторок DOXA Аллу Гутникову, Армена Арамяна, Владимира Метелкина и Наталью Тышкевич допросили в Следственном комитете. Их попытались заставить подписать документ о неразглашении материалов дела, но они отказались.

А журнал DOXA продолжает свою работу.

Нам оказывают юридическую помощь правозащитные организации «Агора» и ОВД-Инфо. Вы можете поддержать и их — подпишитесь на их социальные сети или сделайте пожертвование.

Канал главы правозащитной организации «Агора» Павла Чикова — https://t.me/pchikov

ОВД-Инфо — https://ovdinfo.org/