Помогите развивать независимый студенческий журнал — оформите пожертвование.
Close
Как российские вузы «охраняют» студентов
Многомиллионные тендеры на видеооборудование, охранники-чоповцы — и все это зря
Авторка: Серафима Свердлова
При участии Елены Вишленковой, Якова Гунина, Андрея Ильина и Тимы Мутаевой
Обложка: Алексей Митров
Иллюстрации: Марина Ходина

Публикация: ??/02/2020
Всеобщее наблюдение уже стало банальностью, а не приметой антиутопий. Камеры видеонаблюдения, полицейские и охранники наводняют публичные пространства Москвы, отвечая на возросший запрос государства в безопасности и слежении. Магазины и вокзалы, метро и музеи, школы и аэропорты — везде можно встретить табличку «ведется видеонаблюдение».

Университеты, конечно, тоже не являются здесь исключением. Более того, эта тенденция только усиливается — в Москве разворачивается система распознавания лиц, а глава Росгвардии предлагает заменить частные охранные предприятия на росгвардию на социально значимых объектах. Между тем, старшее поколение без труда вспомнит, что так было не всегда — даже Советский союз, отличавшийся большим вниманием к личной жизни граждан, не пользовался такой развернутой сетью наблюдения и контроля.

Как же получилось, что мы оказались здесь? DOXA представляет серию материалов, рассказывающих о том, почему и как наши университеты оказались под надежной охраной.
С чего все начиналось
Первые «официальные» университеты в России появились в начале XIX века в правление Александра I. До этого у университетов не было своих зданий, например, Московский государственный университет располагался в здании Главной аптеки на Красной площади (сейчас — здание Исторического музея).

Александр I учредил Министерство народного просвещения и в 1804 году подписал Университетский устав, который давал разнообразные свободы и автономию учебным заведениям. Здания никем не охранялись. Самыми первыми университетами были Дерптский (1802), Виленский (1803), а в 1811 году открылся Императорский Царскосельский лицей. Выпускниками именно этого лицея были Александр Пушкин, Иван Пущин, Михаил Салтыков-Щедрин и другие.

С начала правления Николая I (1825-1855) требования по отношению к студентам стали более строгими. Российские университеты превратились в закрытые учебные заведения, которые функционировали на манер кадетских корпусов. Также у университетов отобрали автономию: все решения принимались не ректоратом, а министерством просвещения.

Попасть на территорию университетов можно было только по студенческим пропускам и билетам через будку военного охранника. Эта строгая система стала первым университетским контрольно-пропускным пунктом (КПП). У студентов была обязательная форма, в каждом учебном заведении работали педели (от нем. pedell — «школьный сторож»), которые следили за посещаемостью, внешним видом студентов и дисциплиной как во время занятий, так и в перерывах.

До 1860-х годов такая система была общепринятой. Некоторая либерализация государственного строя началась при Александре II. В 1863 году был утвержден новый Университетский устав, вернувший университетам автономию. Жесткие правила были отменены, студентам разрешили ходить без формы и сдавать экзамены по мере готовности, а не по строгому расписанию. Именно в 60-е годы XIX века появляется феномен «вечного студента». Послабления были вызваны желанием Александра II повысить уровень грамотности населения и сделать образование общедоступным, а не стремлением укрепить привилегированное положение высших сословий. Благодаря реформе высшее образование превратилось в социальный лифт для молодого поколения. Однако с вступлением на престол Александра III в 1881 году начался период контрреформ: автономию университетов отменили и передали их под контроль Министерства просвещения. Университеты считались местом распространения революционных идей, поэтому в них не только ужесточили контроль за учебными планами и программами, но также передали министерству под полный надзор за внеаудиторной деятельностью.

В начале ХХ века при Николае II грамотность населения существенно повысилась. К 1914 году 49,7% студентов университетов составляли дети мещан, купцов, крестьян, казаков, причем последние освобождались от платы за обучение и получали стипендии.

В 1899 году в Петербургском университете началась первая в России студенческая забастовка. 8 февраля 1899 года Санкт-Петербургский университет должен был отметить свое 80-летие. 4 февраля было вывешено объявление за подписью ректора, в котором студентам сообщалось, что они понесут ответственность за нарушение общественного спокойствия после праздника. Неожиданно резкий тон заявления показался студентам оскорбительным, и они сорвали выступление ректора во время торжественного заседания.

После собрания большая группа студентов отправилась на Невский проспект, но конная полиция перегородила им путь и разогнала студентов нагайками. В ответ на это студенты к 10 февраля в знак протеста перестали посещать занятия, а 12 февраля в здание была введена полиция. Около 80 студентов были задержаны, иногородние — высланы в родные города, а в марте все арестованные были отчислены.

29 июля 1899 года Николай II подписал документ, предписывающий отдавать в солдаты студентов-бунтовщиков. Насильно подавив первоначально аполитичные митинги против насильственных мер по отношению к студентам, правительство спровоцировало рост радикальных антиправительственных настроений. Так, среди отчисленных в 1899 году студентов был Иван Каляев, который в 1905 году убил великого князя Сергея Александровича, и эсеровский боевик Борис Савинков.

Владимир Чертков, проповедовавший идеи толстовства и выступавший против полицейского и государственного произвола по отношению к студентам, писал:

«Русские студенты показали всему обществу, что они обладают условиями всякого общественного прогресса: у них оказалось достаточно чуткости, чтобы от глубины души возмутиться тому, что действительно возмутительно, и достаточно взаимной солидарности, чтобы сплотиться в неслыханном по единодушию, бесстрашию и грандиозным размерам протесте против того безобразного зла, с которым им пришлось лицом к лицу столкнуться при первых шагах своего вступления в сознательную жизнь».
Надзор за студентами в СССР
Андрей Ильин, старший научный сотрудник Центра университетских исследований НИУ ВШЭ, рассказал DOXA, что первые охранники в советских вузах назывались просто «вахтерами»:

«Вплоть до 1990-х годов и появления частных охранных предприятий "вахтеры" числились в штатах самих учебных заведений. Их число фиксировалось в планово-финансовой документации, и нанять дополнительного охранника было очень сложно. При необходимости штатную охрану усиливали внешними сотрудниками. Так, дочь Сталина Светлану Аллилуеву, в 1940-е годы учившуюся в МГУ, в коридорах и аудиториях неотступно сопровождали ее собственные охранники». Люди, которые выпускались из вузов между 1970-ми и 1990-ми годами, с трудом могут установить точный момент, когда появились первые реально работающие КПП в учебных заведениях.

Татьяна Огоновская закончила РЭУ им. Г. В. Плеханова в 1971 году: «В то время не было охраны ни в университетах, ни в школах. Мы даже и подумать не могли, что это может быть нужно. Вход был полностью свободный».

Рамки и дежурные на входе появились уже позже — ближе ко второй половине 1990-х.

Дмитрий Свердлов, как и Татьяна, учился в университете Плеханова, но на 20 лет позже. Он выпустился в 94 году. Дмитрий рассказывает, что на входе «кто-то сидел и стояли нерабочие турникеты», но вход был свободный.

Валентин Самохин изучал в МГУ им. Ломоносова словесную филологию в первой половине 90-х годов. Он вспоминает, что никакого подобия турникетов тогда не было, а «на вахте кто-то сидел, но пускали всех». Во второй половине 90-х в ГИТИСе «было строже», но при желании пройти мог кто угодно.

«В МАРХИ пропускную систему пытали вводить постепенно. В 90-92 годах никакого поста охраны не было вообще, а с 94 года вход был строго по студбилету или зачетке», — рассказывает Сергей Крючков. В архитектурном охрана на входе была инициативой руководства института, причем в 90-92 годах она сводилась к «довольно вялым попыткам», но после концерта «Крематория», во время которого зрители «завандалили институт», руководство ввело пропускную систему.

Уровень контроля зависел от профиля вуза. Например, в конце 1940-х строгостью отличались порядки в МИФИ, который был задействован в атомном проекте. Там не допускалось опозданий, на которые могли закрыть глаза в некоторых других учебных заведениях, а сотрудники не имели права выносить за КПП рабочие материалы и бумаги. Некоторые вузовские охранники еще в эпоху «оттепели» имели при себе боевое оружие. При этом зарплата охранников была довольно низкой, например, в Харьковском университете в 1955 году независимо от квалификации охранник получал 260 рублей в месяц, тогда как научный работник – 500-600 рублей, а замдекана – около 3000.
Надзор в современной России: охрана
Сейчас охранниками в учебных заведениях зачастую работают сотрудники ЧОПов. Первые частные охранные предприятия (ЧОП) появились в России еще в 1991 году под названием сыскных бюро. В конце 90-х годов стал формироваться рынок профессиональных охранных услуг, который основывался на опыте зарубежных стран. В ЧОП шли бывшие военные, спортсмены, милиционеры в отставке или на пенсии. После принятия в январе 1996 года нового закона об образовании обязанность обеспечения «безопасности обучающихся во время пребывания в учебном заведении» легла на администрацию образовательных учреждений. После террористических актов 1999 года ЧОП стали в основном заниматься охраной объектов коммерческого или производственного типа, организаций сферы услуг и даже государственных предприятий, а также обеспечением безопасности во время общественных мероприятий.

Российские вузы тратят миллионы рублей на охранников, которые должны патрулировать территорию, следить за соблюдением порядка на КПП и прочими способами обеспечивать безопасность студентов в учебном заведении.
Скриншоты с сайта госзакупок
Как правило, вузы передают охранные функции на аутсорсинг, оформляя тендеры, где заказы принимают частные охранные предприятия. В их обязанностях — патрулирование территории, обеспечение пропускного режима и «надежных мер по выявлению и предотвращению террористических актов».
Требования к охранникам учебных заведений
Охрана в учебных заведениях сейчас стала нормой. Сами ЧОПовцы уверены, что наличие охранника, даже просто способного вызвать полицию или скорую помощь, снижает процент краж и хулиганств в стенах здания. Тем не менее на практике охранники обычно совершают «обход» либо перед закрытием корпусов, либо в определенное время. В другие часы наличие охранника на КПП вряд ли предотвратит, например, кражу.

По информации DOXA, у итальянских студентов НИУ ВШЭ в октябре 2019 года украли личные ноутбуки в корпусе на Покровке. До этого в сентябре стало известно о кражах университетской техники в коворкинге в том же корпусе.

Олег Морозов, старший научный сотрудник Центра университетских исследований НИУ ВШЭ, считает охранников в вузах избыточной мерой:

«Мои коллеги и друзья постоянно становятся жертвами со стороны охранников и охранниц. Они хамят преподавателям и студентам, ведут себя развязано, на просьбы помочь что-то найти откликаются не всегда. Был у нас случай несколько лет назад в ИГИТИ, когда охранник заподозрил польского профессора-иностранца в краже и хотел его обыскать. Охранника уволили, но репутации у Вышки в Польше от этого не прибавилось. На мой взгляд, вреда от охранников гораздо больше, чем пользы.

Хамство — проблема этическая. Она куда шире, чем охрана университетов как таковая. Это понятно. Но наличие человека, готового тебе нахамить, университет лучше не делает».
«Любой университет должен быть открытым пространством! Так во всем мире. И только в нашем образовании правят бал охранники»,

— Юлия Галямина
В конце октября 2019 года с агрессией со стороны охранника столкнулась незарегистрированный кандидат в Мосгордуму, преподавательница НИУ ВШЭ и научная сотрудница МГУ Юлия Галямина. Она рассказала об инциденте, произошедшем в одном из корпусов ВШЭ:

«Я приехала подписать ведомость пересдачи, но поскольку в этом модуле у меня занятий нет, у меня нет пропуска. Я позвонила в учебную часть, мне заказали электронный пропуск, однако что-то в системе не сработало, и сотрудница сама спустилась меня забрать. И тут на нас напал человек, сотрудник службы безопасности. Его не интересовало, что перед ним работник учебной части и преподаватель, он, не представившись толком, начал орать на бедную испуганную девушку.

Любой университет должен быть открытым пространством! Так во всем мире. И только в нашем образовании правят бал охранники».
Надзор в современной России: видеонаблюдение
Первой страной, использовавшей камеры для «обеспечения безопасности» граждан, стала Великобритания. В июле 1960 года местная полиция установила две камеры для наблюдения за толпой во время визита тайской королевской семьи в Лондон. Сейчас Великобритания — одна из лидирующих стран по количеству камер наблюдения. В 2011 году на одну камеру приходилось всего 32 человека, и такое активное внедрение этой системы привело к появлению общественных организаций NO CCTV и Big Brother Watch. Они выступают за повышение уровня конфиденциальности населения, занимаются защитой права на частную жизнь и агитируют против государственного надзора и угроз гражданским свободам.

Установка систем видеонаблюдения популярна как в университетах США и Великобритании, так и в российских вузах. Компании, занимающиеся установкой камер наблюдения, считают, что такие меры на территории учебных заведений необходимы для повышения уровня безопасности студентов и преподавателей. Зная, что камеры ведут запись, люди не станут совершать противоправные действия. По их мнению, без видеофиксации нарушений доказать вину будет крайне трудно.

Хотя законодательством РФ установка систем видеонаблюдения на объектах и в местах общего пользования напрямую не запрещена, при возникновении претензий со стороны граждан вопрос о допустимости видеозаписи в каждом конкретном случае решается индивидуально и носит несистемный характер. В то же время видеоматериалы, добытые на законных основаниях, активно используются в качестве доказательств в рамках уголовного процесса и судебных разбирательств.

В регионах системы видеонаблюдения в школах и других учебных заведениях стали активно устанавливать только в 2019 году. В красноярских школах это была инициатива мэрии, а в Екатеринбурге помочь решил уральский бизнесмен Леонид Стариков, бесплатно установив систему видеонаблюдения в одной из школ города.

Минпросвещения называет такие меры «распространенной практикой», а адвокат Мария Ярмуш ссылается на ФЗ «О противодействии терроризму». В этом законодательном акте нет пункта о видеофиксации и наблюдении, но есть упоминание «комплексного использования <...> правовых, специальных и иных мер противодействия терроризму», а также «приоритет мер предупреждения терроризма». Мария Ярмуш отмечает, что в случае установки видеонаблюдения в учебных заведениях нет необходимости получать специальное разрешение на съемку людей, в том числе несовершеннолетних. Кроме того, такое согласие не нужно в случае, когда использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах (Статья 152.1. Охрана изображения гражданина, Гражданский кодекс РФ). При этом обязательным условием является предупреждающая о съемке табличка.

Сейчас в большей части вузов России установлены системы видеонаблюдения, есть контрольно-пропускной пункт и охранники, а передвижение студентов по территории некоторых учебных заведений контролируется. Вузы тратят миллионы рублей на установку и ремонт камер, которые расположены и внутри самих зданий.
Скриншоты с сайта госзакупок
Надзор за студентами: кейс МГУ
Главное здание МГУ, построенное как единый комплекс с свободным проходом между корпусами, сейчас закрыто для свободного прохода из одного корпуса в другой. Каждый сектор отделен от другого закрытыми или закрывающимися на ночь дверями и постами охраны. Уровень охраны везде разный: где-то достаточно только студенческого, в другом месте от тебя потребуют пропуск, а в некоторые помещения и вовсе можно попасть без проблем, если ты уже находишься на территории университета. Встречаются и магнитные замки.

Система магнитных замков появилась относительно недавно, уже в постсоветское время, и устанавливалась по началу в офисах и на дверях торговых и промышленных помещений. Сейчас она используется чаще: с недавних пор даже Музей Землеведения [Научно-учебный Музей Землеведения МГУ. — Прим. ред.] закрывается на магнитные двери на время занятий, из-за чего опоздавшие студенты не могут попасть на пары. По словам вахтеров, магнитные замки, которые были установлены «в целях пожарной безопасности», автоматически открываются при возгорании. Но зачем ставить замки на уже открытых дверях и таким образом создавать препятствия?

Камеры в МГУ и жесткая охрана в общежитиях появились после пожара в 2006 году, где погибли студент и выпускница физфака. Тогда не сработала пожарная сигнализация, сгорело два коридора общежития, а во время эвакуации многие двери и другие пути оказались перекрытыми. Администрация МГУ объявила о слаженной работе всех служб и исправной сигнализации, а уголовное дело было закрыто без обнаружения виновных. Предполагается, что именно система видеонаблюдения и охранники должны предотвращать подобные случаи.
По всему периметру коридоров общежитий и в лифтах есть камеры наблюдения, а раз в час охранницы проходят по этажам и проверяют обстановку, заглядывают на кухни и балконы (в общежитии МГУ ДАС балконы и вовсе перегорожены). Другое объяснение необходимости наблюдения — самоубийства. В 2014 году студент факультета госуправления МГУ покончил жизнь самоубийством, выбросившись из окна 13 этажа общежития ДАС, а в 2015-м из окна 16 этажа общежития выбросилась студентка журфака. Подобные случаи происходили и в главном здании.
Окно на кухне общежития
МГУ лидирует и по количеству камер в зданиях. При входе в главный корпус сразу бросается наличие камер на каждом углу. Студент МГУ Антон Романов рассказал, что у него за время обучения два раза крали велосипед с парковки возле университета. Первый раз в 2015 году, а второй — в 2017:

«Я приехал в главное здание, очень опаздывал. В 22 часа примерно вышел — велосипеда уже не было. Был очень уставший, подавать заявление пошел только на следующий день.

Мне сказали, что по рекомендации ОВД университет установил камеры над парковкой, но они не ведут запись, потому что «так дешевле». По словам полицейских, на парковку регулярно приезжает маленький грузовичок, ножными кусачками с гидроусилителем они перекусывают цепи и грузят все велосипеды в грузовик. Сделать ничего нельзя, полиция в раскрытии дела не заинтересована, для них это обычный "висяк"».
Однако записи с камер наблюдения могут использоваться и не в целях безопасности. Аспиранта МГУ Азата Мифтахова задержали в феврале 2019 года по подозрению в изготовлении бомбы (подозрение снято), а позднее — нападении на офис «Единой России» в Ховрино. В качестве доказательства его вины федеральные телеканалы показали видео, снятое камерой видеонаблюдения на кухне общежития. На видео молодой человек, лицо которого сложно распознать, моет неизвестный предмет в раковине, а затем то ли прячет, то ли забирает что-то из-за газовой плиты. Ранее заявления о слежке в общежитиях делала и Инициативная группа МГУ.

Ни охранники, которые должны следить на правонарушениями на территории учебных заведений, ни системы видеонаблюдения не гарантируют студентам безопасность. Зачастую происходит наоборот — эти системы используются против студентов.