Помогите развивать независимый студенческий журнал — оформите пожертвование.
Close
«Первую лекцию я записывала десять часов»
Университет на карантине: глазами преподавателей
Авторы: Герман Нечаев, Яна Якунина
Иллюстрации: Александра Шигина
Публикация: 14/04/2020
15 марта, в соответствии с рекомендацией Министерства науки и высшего образования, российские вузы стали переходить на дистанционную форму обучения. DOXA уже писала о том, как восприняли связанные с этим изменения студенты. Теперь мы решили узнать, как с новым форматом работы справляются преподаватели университетов.
Об организации занятий
«Все изменилось полностью. Собственно, аудиторных работ больше нет. Формат видеоконференций тоже не назовешь аудиторной работой, да и он пока не отлажен. Фактически, я высылаю видеозаписи и тексты лекций или презентации, составляю к ним задания, а студенты мне их отсылают обратно» — рассказала DOXA Ольга Михельсон, доцент кафедры философии религии и религиоведения СПбГУ.

По словам преподавателей, образовательная программа у большинства из них не изменилась, но теперь ее приходится подавать по-новому, сильно перестраивая образовательный процесс. «С технической точки зрения, сложнее всего приходится представителям негуманитарных специальностей. В одном из чатов коллеги с факультета компьютерных наук обсуждали, как лучше подключить в Zoom два экрана, чтобы студент что-то решал, а преподаватель его исправлял в режиме реального времени, как это обычно происходит на очном семинаре при решении математической задачи у доски, — рассказывает Олег Морозов, старший преподаватель Школы исторических наук НИУ ВШЭ. По его словам, гуманитариям перестроиться проще: «У меня особых трудностей нет. Для занятий нужна только презентация в PowerPoint — ее легко вывести на экран».
Объем работы значительно увеличился. Лично для меня – примерно в три раза
Пострадали от перехода в онлайн и студенты-медики. Об этом рассказал преподаватель Курского государственного медицинского университета (КГМУ), предпочевший остаться анонимным: «Переход на дистанционное обучение привел к потере практической составляющей. Раньше большая часть занятий представляла собой отработку навыков на различных манекенах, имитирующих те или иные клинические ситуации. В рамках дистанционного обучения доступа к манекенам у студентов нет, остается теоретическое изучение алгоритмов оказания помощи при различных заболеваниях».

По его мнению, процесс подготовки к удаленным занятиям теперь занимает большую часть времени работы: «Дистанционное обучение требует больше усилий на этапе подготовки учебных материалов. Но на классических аудиторных занятиях сил тратится сильно больше». С этим согласна Ольга Михельсон из СПбГУ: «Объем работы значительно увеличился. Лично для меня — примерно в три раза. Одно дело прийти в аудиторию и отчитать материал, поговорить со студентами; другое дело записать видеолекцию, наложив на нее текст и картинки. Первую полуторачасовую лекцию я записывала часов десять. Тексты и презентации тоже требуют значительной доработки и переделки для дистанционного образования».

В большинстве случаев преподаватели самостоятельно выбирают, на каких платформах работать при взаимодействии со студентами. «В трансляции на YouTube формат меняется, включается обсуждение вопросов в чате, в дополнение мы используем формат сессий-консультаций по Skype, — рассказывает Ирина Дубовская, кандидат культурологии, старший преподаватель факультета мировой политики МГУ имени М.В. Ломоносова, — Планировалось пригласить экспертов для выступления по темам наших лекций; скорее всего, это будет в формате Instagram TV. Одним словом, пробую разные форматы для того, чтобы курс оставался интересным и полезным».
Серверы университета не были готовы к подобным нагрузкам, поэтому студенты часто жалуются
на регулярные вылеты и зависания
В ряде университетов вводится возможность получения IT-помощи. Ирина Дубровская рассказывает, что для преподавателей МГУ были проведены открытые вебинары факультета иностранных языков и регионоведения по онлайн-преподаванию; помимо этого, студенты получили доступ к бесплатной подписке на сервис Office 365.

Онлайн-семинары, помогающие разобраться с новыми приложениями, были запущены и в НИУ ВШЭ; кроме того, студенты и преподаватели вуза теперь могут пользоваться корпоративной платформой Microsoft Teams. В КГМУ раньше стабильно работала система дистанционной подготовки врачей и ординаторов, однако перехода на онлайн-образование всех студентов она не выдержала: «Серверы университета не были готовы к подобным нагрузкам, поэтому студенты часто жалуются на регулярные вылеты и зависания. Также на начальных этапах были проблемы с доступностью учебных пособий, поскольку выложить все пособия со всех кафедр технически не получилось».

На данный момент преподаватели СПбГУ не ограничены в выборе формата и онлайн-площадок для взаимодействия со студентами, но Ольга Михельсон опасается, что ситуация может измениться: «Я думаю, нас обяжут пользоваться университетской системой Blackboard, но она не идеальна и работать в ней неудобно». Пока же от преподавателей и студентов вуза требуется только заполнение отчетности о проделанной работе.
Уровень объективности оценки падает, причем
в пользу студента, в сторону завышения [оценки]
Тем не менее в переходе на дистанционный формат преподаватели видят потенциал для освоения тех практик онлайн-обучения, которые можно использовать и после окончания пандемии. «Для меня это полезно, так как я, в частности, совершенствую презентации, и это мне пригодится потом. Студентам я их отправляла и раньше. Иметь какие-то записи будет в дальнейшем хорошо, например, их можно будет выслать болеющим студентам», — делится впечатлениями Ольга Михельсон.

Некоторые преподаватели считают, что изменившиеся условия — шанс для студентов отработать навыки на практике: «Новые условия диктуют новые форматы бизнеса, новые форматы стартапов, новые потребности целевых аудиторий, новые каналы подачи информации — как о себе, так и о продукте и услуге. Приходится проявлять гибкость, адаптивность, сохранять здравый ум и позитив», — говорит Ирина Дубовская.

Вместе с тем, есть некоторые опасения относительно того, как в дальнейшем может обернуться опыт дистанционного обучения. «Я уверена, что в результате государство начнет экономить, и преподавателей университетов и школьных учителей обяжут какие-то вещи перевести в онлайн, и таким образом смогут сократить часы и, соответственно, сотрудников», — беспокоится Ольга Михельсон.
Общение на расстоянии
Переход в онлайн отразится не только на обучении, но и на формате аттестации студентов. Об этом рассказал Армен Бекларян, кандидат технических наук, доцент кафедры бизнес-аналитики НИУ ВШЭ: «Уровень объективности оценки падает, причем в пользу студента, в сторону завышения [оценки], по причине возможности зачитывания текста презентации и оперативного поиска информации параллельно с вопросом от члена комиссии. Видимо, это непреодолимые издержки. Дистанционный формат не сильно сказывается на восприятии сути результата, но не позволяет сохранить 'естественность' диалога».

Теперь одним из основных способов связи студентов и преподавателей является формат видеоконференций, однако не у всех имеется доступ к интернету, или имеется, но в ограниченном количестве. Ольга Михельсон старается использовать видео-платформы только при необходимости: «Если я вижу, что у некоторых студентов, например, плохая связь, или вообще нет безлимитного интернета, то стараюсь высылать материалы, чтобы не нарушать их права». Олег Морозов тоже считает, что «тем, у кого нет возможности присоединиться к онлайн-трансляции, можно выслать задания на дом, и они отработают семинар письменно». По его словам, некоторые из его коллег уже предложили студентам такой вариант.
Коммуникация стала более горизонтальная,
по сравнению с аудиторией
Широкий перечень ресурсов и площадок для дистанционной работы также привел к росту посещаемости: «Если в эфире присутствуют не все студенты (многие разъехались по домам, а с некоторыми разница во времени), у них есть возможность посмотреть лекцию в записи в удобное время, задать вопросы в телеграм-канале, который мы со студентами создали еще до начала карантина, или смотреть лекцию по частям. В итоге, суммарно количество просмотров превышает количество студентов, которые должны быть на занятии», — утверждает Ирина Дубовская.

При этом некоторые преподаватели отмечают, что занятия стали проходить с меньшим официозом: «Получается даже более неформальная обстановка, чем на лекциях. По моим ощущениям, коммуникация стала более горизонтальная, по сравнению с аудиторией», — рассказывает Анна Новикова, преподаватель факультета коммуникаций, медиа и дизайна НИУ ВШЭ.
О спорте на изоляции
Если обычные лекции и семинары можно провести в онлайн-формате, то с занятиями по физкультуре все немного сложнее. Однако в некоторых вузах нашли способ решить эту проблему, в частности в Университете ИТМО.

Здесь студенты сами выбирают, как получить зачет. Можно играть в шашки и шахматы, есть онлайн-занятия по фитнесу и йоге, теоретические курсы по физкультуре. Предпочитающие киберспорт могут проявить себя в Counter-Strike, Dota 2, League of Legends, Civilization VI и других играх. К большинству из них доступ осуществляется через компьютер, но, например, в Clash Royale играть можно со смартфона.
Ребята записывают тренировки на видео
и присылают мне. По ним я даю рекомендации
и проверяю правильность выполнения заданий
Процесс оценивания почти полностью автоматизирован. Киберспортивный клуб «Кронверкские барсы» разработал систему начисления баллов за участие в турнирах по каждой дисциплине, а также создал сайт для регистрации, который учитывает все данные из игр и вносит их в электронную базу данных. Зачет можно получать вместе с друзьями: есть возможность играть как индивидуально, так и командами; инициатива была поддержана администрацией вуза.

Из-за отсутствия партнера по единоборствам тяжело проводить тренировки онлайн, но по фитнесу проводятся занятия-трансляции с отчетом в виде запоминания кодовой фразы (произносится по частям в разных отрезках тренировки). Также проводятся занятия в виде фитнес-марафона. «Я каждый день даю задание в социальных сетях, на видео показываю, как правильно выполнять все упражнения, — рассказывает Владислав Трифонов, преподаватель Управления по физической культуре и спорту ИТМО. — Ребята записывают тренировки на видео и присылают мне. По ним я даю рекомендации и проверяю правильность выполнения заданий».
О поддержке от студентов
В большинстве случаев преподаватели готовы пойти навстречу студентам, но и у них могут возникнуть технические трудности. «Я уверена, что многим [преподавателям] нужна помощь, но ко мне никто пока не обращался. Я знаю, что студенческий совет организовал службу поддержки преподавателей, — рассказывает преподаватель СПбГУ Ольга Михельсон. — Они помогают решить технические вопросы, связанные с дистанционным обучением, и даже готовы принести на дом продукты и лекарства преподавателям старшего поколения».

Помочь преподавателям справиться с возникшими сложностями взялись студенты-волонтеры. Мы поговорили с Ольгой Носковой, координатором волонтерского центра СПбГУ: «Нашими благополучателями изначально должны были являться пожилые преподаватели либо преподаватели, вышедшие на пенсию, ветераны-блокадники. Но сейчас к нам обращаются даже сторонние люди, которые верят бренду СПбГУ, потому что в сегодняшних реалиях мы видим много мошеннических схем».
Я всегда рано утром в выходные писала научные статьи, даже с грудными младенцами
Поиск тех, кому требуется поддержка, происходит двумя путями: преподаватели сообщают, что у них есть пожилой коллега, которому может быть нужна помощь, или волонтеры самостоятельно обзванивают известных им преподавателей старшего поколения. «Каждый день два-три звонка от преподавателей мне всегда поступает. У нас есть волонтеры в разных концах города, о них мы также заботимся, стараемся избегать общественных мест, транспорта, поэтому они по возможности работают в тех районах, в которых проживают». Помимо покупки продуктов, волонтеры консультируют по вопросам онлайн-обучения: «Пожилые преподаватели нередко просят IT-помощь, чтобы им подключили онлайн-сервисы и рассказали про возможности дистанционного образования. Мы уже обзвонили больше тысячи преподавателей, и они записали наши номера. То есть, если на сегодняшний день им ничего не надо, они могут обратиться позднее».

Подобной деятельностью занялись волонтерские центры не только в СПбГУ, но и в МГУ, ВШЭ, РГГУ, НГУ, КубГУ и других российских вузах.
Об общих впечатлениях
Многие преподаватели привыкли работать из дома, поэтому выход на удаленное обучение не повлиял на их мотивацию: «Для меня это обычная ситуация, — рассказывает Ольга Михельсон. — В университете у нас нет своих кабинетов, и вся работа, кроме собственно лекций, семинаров и практик у меня происходит из дома: научная работа, методическая работа, работа, связанная с научным руководством». Олег Морозов тоже считает, что преподавателям не так сложно привыкнуть к изменившейся обстановке: «Для нас понятие 'рабочее время' офисом или университетом не ограничивается. И подстраиваться под новые условия нам, думаю, легче, чем офисным сотрудникам, которые приезжают на работу и уезжают домой в одни и те же часы. Плюс, университетским людям вечно не хватает времени, чтобы писать статьи, читать книги, готовиться к лекциям и выступлениям на конференциях. Сейчас времени стало больше». Многие преподаватели привыкли работать из дома и в более экстремальных условиях: «Я всегда рано утром в выходные писала научные статьи, даже с грудными младенцами. Так что ничего принципиально нового для меня не случилось», — рассказывает Анна Новикова.
Пространство жилища обрело дополнительную разметку, стало странным, новым и местами кафкианским
Однако многим пришлось привыкать к необходимости совмещать дом и работу в одном месте: «Пространство жилища обрело дополнительную разметку, стало странным, новым и местами кафкианским. Где лучше освещение? Как насчет звукоизоляции? Попадут ли домашние в кадр видеоконференции, проходя на кухню или в ванную? Структура времени тоже изменилась — оно стало каким-то тугим, тягучим. Поплыло прежнее разделение рабочего времени и свободного», — поделился ощущениями Виктор Горбатов, преподаватель факультета гуманитарных наук ВШЭ. Некоторые сложности бытового характера отмечает и Елена Рождественская, профессор кафедры анализа социальных институтов ВШЭ: «Обнаруживаешь, что тыл — это второй фронт: школа с ее понятным решением перестроить процесс обучения на полном вовлечении родителей, вылазки за провиантом в космическом облачении, сопровождающиеся тревожной сверкой с текущими запретами/разрешениями/штрафами, разнообразные проблемы, поставленные на паузу... Пресловутый баланс жизни и труда зиждился на четких границах дома и внешнего пространства; теперь же он размыт, границы наползают друг на друга, интенсивность всех занятий возросла. Однако ничто нельзя поставить на паузу — и весна об этом тоже напоминает».
Даже несмотря на то, что сейчас каникулы,
они мне пишут: «Продолжайте лекции,
мы не хотим каникул»
При этом в ряде случаев преподаватели отмечают повышение мотивации со стороны студентов: «Даже несмотря на то, что сейчас каникулы, они мне пишут: 'Продолжайте лекции, мы не хотим каникул', — рассказывает DOXA Наталья Карпова, доцент кафедры политологии и социологии социологического факультета МГУ. — Взаимодействие в интернете привычно для студентов, поэтому онлайн-формат занятий является для них достаточно удобным». В то же время она призывает не отказываться в дальнейшем от общения вживую: «Конечно, необходимо использовать возможности дистанционного обучения для комбинированного взаимодействия, но хотелось бы на постоянной основе чувствовать непосредственный контакт аудитории». Ольга Михельсон согласна, что отсутствие живого общения ограничивает образовательный процесс: «Видео не заменит живую лекцию. Думаю, у студентов нет того интереса, который возникает в аудитории».

Схожей позиции придерживается и Олег Морозов. Преподаватель ВШЭ надеется, что ему не придется всю жизнь общаться со студентами в Zoom: «Я вообще не большой сторонник тотального онлайн-обучения и, например, категорически против отменять очные лекции. Никакого вреда от онлайн-курсов или отдельных видеолекций я не вижу и с радостью использую их в работе, но только как дополнение к стандартным занятиям, например, когда студенты спрашивают, что можно дополнительно почитать или посмотреть по какой-то теме. Все хорошо в меру. Кажется, это Парацельс сказал: 'Все — яд; все — лекарство; то и другое определяет доза'. Золотые слова».